Работая над отчётом об очередном матче «Барсы», автор этих строк постоянно не находил слов, чтобы прокомментировать игровые действия Филлипа Коку. При первичном просмотре матча, когда на тебя невольно давит болельщицкий пресс, они как-то теряются за сейвами Виктора Вальдеса, самоотверженностью и надёжностью Карлеса Пуйоля, изящным интеллектом Хави и магией Роналдиньо. Но, просмотрев видеозапись и взглянув при этом на игру с другой стороны, я каждый раз убеждался, что именно неброский, незаметный на поле голландский опорный хавбек сыграл в достижении командой положительного результата роль не меньшую по значимости, нежели игроки, указанные чуть выше.

Каждый футбольный матч, помимо эстетической стороны, содержит в себе множество эпизодов, недоступных взору болельщика при первичном зрительном восприятии. К ним относятся мелкие стыки, подборы оказавшегося бесхозным в центральном круге мяча, проще говоря элементы так называемой «черновой работы», без выполнения которых команда едва ли может рассчитывать на победу.

После триумфа на ЕВРО-2004 главный кузнец греческого счастья и второй, после мифического Геракла, герой Эллады Отто Рехаггель сказал, что одну из главных причин успеха своей команды считает «фанатичное выполнение грязной работы, показа которой тяготятся даже телеоператоры». И, сдаётся мне, в футбольном мире не найдётся большое количество желающих оспорить глобальный смысл утверждения одного из лучших мастеров современного тренерского цеха, причём не только из-за того, что с недавних пор полемизировать с королём Отто стало дурным тоном. А из согласия с самой концепцией по всем законам логики должна вытекать поддержка одного из её базовых структурных элементов, заключённого в том, что каждая, претендующая на большие высоты команда должна иметь в своём составе игрока, умеющего квалифицированно заниматься антиэстетичной деятельностью, направленной на развязывание рук партнёров, склонных к творчеству.

После возвращения на родину ставшая триумфатором очередного Мундиаля сборная Бразилии образца 1994 года моментально попала в плотное кольцо журналистов, принявшихся засыпать героев нации вопросами различного характера. Не был обделён вниманием и тренер золотой команды Карлос Альберто Паррейра. В частности наставника попросили выделить из числа подопечных человека, без которого достижение звания «тетракампеонов» оказалось бы невозможным. К удивлению всех собравшихся, счастливый полководец указал не на опытного кипера Таффарела, столпа обороны Алдаира, харизматического лидера Дунгу или кого-нибудь из звёздной пары форвардов Ромарио-Бебето и не стал, руководствуясь дипломатическими побуждениями, заявлять о равном вкладе всех игроков в копилку общего успеха.

Выбор Паррейры пал на футболиста с причудливым для русского уха то ли именем, то ли прозвищем Мазиньо. Далее же последовало краткое обоснование выбора: оказывается игровые возможности большинства членов основного состава делали их блестящими пианистами, но в условиях сверхплотного футбола XX века был необходим человек, способный это пианино таскать, иначе победа могла бы остаться лишь навязчевой мечтой Жоао Авеланжа, а вместе с ним и остального населения латиноамериканской федеративной республики.

Есть в сфере клубного футбола команда, имеющая отдалённое родство с самой титулованной национальной сборной. Состоит оно в стремлении, несмотря на конечный результат, сохранить верность акцентированной на атаку, зрелищной манере игры, которая бы порадовала эстетствующих болельщиков. Находящихся в её рядах исполнителей также можно назвать пианистами-виртуозами, эдакими Станиславами Рихтерами своего ремесла. И эта команда также в течение шести сезонов с трудом могла обходиться без «пролетария», готового с радостью таскать инструмент для своих коллег.

Филлип Коку пришёл на «Камп Ноу» в преддверии сезона 1998/99, влившись в общую массу голландцев, которые по просьбе своего пророка Моисея в лице Луи ван Гаала сорвались с насиженных мест и отправились искать счастья на каталонской Земле Обетованной. Сорокалетнего хождения по пустыне для достижения этой цели не потребовалось, и уже в конце лета оранжевые легионеры приступили к полноценным официальным матчам под знаменем нового клуба. Все они были представителями разных амплуа и их игровой почерк разнился по уровню зрительной притягательности, судьбы голландцев также сложились не одинаково. Кому-то довелось периодически впадать в немилость к требовательным болельщикам и представителям пишущей братии, некоторые предпочли плыть по течению, в результате чего  доплыли до окончания контрактов без пробоин, но и без лавровых венков и только один из них неизменно входил в число любимцев публики и тренеров, а также получал возможность выводить «Барсу» на поле в качестве капитана. Удивительно, что исключением стал футболист с самой неприметной ролью на поле — Филлип Коку.

Стоит оговориться, что на позицию опорного хава его поставили не сразу. Гораздый на экстравагантные ходы Луи ван Гаал поначалу просил Филлипа играть то на фланге полузащиты, то вообще на позиции под нападающими. Когда же образ великого первооткрывателя новых возможностей сошёл с лица маститого наставника, он решил внять мудрой истине «Кесарю кесарево а Богу божье» и отодвинул соотечественника чуть глубже. По всей видимости коуч понял, что в ансамбле, где солируют Ривалдо, Луис Энрике, Гвардиола и Луиш Фигу не обойтись без квалифицированного прикрывателя тылов, обеспечивающего стройность функционирования средней линии. Окончательный выбор ван Гаала позволил «Барселоне» обрести одного из стабильнейших игроков в истории клуба. Менялись креативные исполнители и, олицетворявшие зрелищную сущность фирменного футбола «блауграны», менялись тренеры, а пианино таскал всё тот же шестой номер и делал это настолько продуктивно, что поразительной красоты мелодия, издаваемая невидимым инструментом, умолкала крайне редко.

Кадровые проблемы подчас заставляли его менять дислокацию и занимать, например, позицию центрального защитника, но и там Коку смотрелся достаточно надёжно для человека, не специализирующегося на данном, очень ответственном, амплуа. Часто приходилось видеть, как он повышает голос на партнёров, пытаясь заставить их преступить предел «не могу» и начать играть на морально-волевых, в такие минуты голландец выглядел настоящим капитаном, последователем харизматического дела Гвардиолы и Лучо, предвестником Карлеса Пуйоля. Иногда даже не верилось, что так смело себя может вести иностранец — человек, не связанный с «Барселоной» корнями и длинной генеалогической цепью. Однако сердцем и душой Коку всегда был каталонцем, особенно в трудные для команды минуты.

Прошлым летом он согласился на 70%-ное сокращение зарплаты, решив не принимать выгодные предложение от «Арсенала» и ПСВ и честно доиграть до окончания контракта с «Барсой». Подумать только, футболист такого класса играл за рекордно низкие €450 тысяч в год. Не чувствуя дискомфорта или, по крайней мере, не показывая этого в миру, ни разу не подойдя к Лапорте с претензиями и не опустившись до шантажирующих заявлений в прессе.

В 1962 году Джон Ф. Кеннеди прибыл в западный Берлин, чтобы морально поддержать его жителей, пытавшихся восстановить городскую инфраструктуру после Второй Мировой войны. Тогда же на центральной площади столицы ФРГ им была произнесена историческая речь, составными частями которой стали следующие слова: «В этот трудный для вас момент я могу сказать лишь одно: сегодня я берлинец!» Так и Коку в любой момент времени мог сказать: «Сегодня я каталонец», подарив необходимый моральный импульс болельщикам.

Его уход был в высшей степени достойным. Человек, долго отыгравший на высочайшем уровне, в 34 года не нашёл сил продолжать в том же духе. Но Коку не ушёл из большого футбола, а вернулся домой, в родной Эйндховен. Но это вовсе не то возвращение, когда карьера движется к концу, а никуда, кроме как домой и в Катар больше не зовут. Одному из сильнейших голландских клубов просто был нужен отличный универсальный игрок, обладающий задатками лидера, человек, способный стать своеобразным Гуусом Хиддинком на поле. И, несомненно, с собой он увёз частичку «Барселоны», хранящуюся в сердце.

Сейчас в распоряжении Франка Райкаарда находятся Херард Лопес Сегу, Тьягу Мотта, новое приобретение Эдмилсон и номинальный стоппер Рафа Маркес. Каждый из них в любой момент может занять ставшее вакантным место на поле, каждый из них может выполнить функцию, с лёгкой руки культового бразильского обозревателя и тренера Жоана Салданьи названную в точном соответствии с заглавием данной статьи. Но смогут ли они с идентичной неброской виртуозностью вписать свои имена в сердца инчады? Ответ на этот вопрос будет дан только со временем. Пока же с уверенностью можно сказать, что Филлипа Коку «Барселоне» будет очень не хватать, как каждому из нас не хватает хорошего друга, с которым, по тем или иным причинам, мы вынуждены расстаться.