Я не хотел, чтобы все оставалось по-прежнему. Мне хотелось, чтобы меня ценили как игрока и как профессионала. Чтобы моя роль в команде росла. До подписания нового контракта я чувствовал, что меня ценят не в экономическом плане, а в спортивном, что для профессионала является самым главным, поэтому у меня были серьезные сомнения. Прошлым летом был момент, когда я думал о возможности собрать чемоданы и уехать играть в другой чемпионат. Я посоветовался с моей семьей и самыми близкими друзьями. Но отказаться от своих планов заставили меня не они, а Пеп Гвардиола. Он вмиг покорил меня. Его проект понравился мне своей ясностью и такой тщательной проработкой, что не принять в нем участие было бы просто самоубийством. Правда состоит в том, что все, что делал Пеп в своей жизни, захватывало меня. Я во всем равнялся на него: он помог мне, когда я был в младших категориях, и был моим наставником, когда я попал в первую команду. Когда он познакомил меня со своим футбольным проектом, у меня пропали все сомнения. Он идеально подходил моим игровым качествам.

В течение предсезонной подготовки у нас было много встреч с Гвардиолой, хотя в первый раз мы общались по телефону во время Чемпионата Европы, так как Пеп попросил тех, кто был в сборной, вернуться на несколько дней раньше с каникул. Команде нужно было бороться в квалификационных матчах за участие в Лиге чемпионов. Я ему объяснил, что очень устал, и что этот год был очень трудным как в физическом, так и в моральном плане, но я готов приложить усилия; у игроков сборной были три недели каникул. Мы действительно все очень хорошо понимали Пепа. Мы знали, что многое поставлено на карту, и нам не хотелось подвести его в первые же дни работы с ним.

На первых встречах с тренером я быстро заметил, что он просто излучал неукротимый энтузиазм всеми своими речами. После того, как я рассказал ему о своих сомнениях, его аргументы были настолько сильными, что я почувствовал себя полностью вовлеченным в его проект: атакующая схема, которая опиралась на зрелищный футбол, являющийся, по его собственным словам, основополагающим. Без сомнения, превратив меня в один из столпов, на которые опиралась команда, он просто «катапультировал» в меня абсолютную уверенность в себе.

После первой встречи с Гвардиолой я решил забыть о каких-либо вариантах смены обстановки и сконцентрироваться исключительно на проекте, который меня полностью захватил. Моя роль в команде возросла многократно, меня считают очень важным элементом командной игры, и я наслаждаюсь этим с самого первого дня.

Мы начали сезон не очень хорошо – с ничьи и поражения в Ла Лиге. В любом случае ощущения в команде были наилучшими, потому что все работали на тренировках как заведенные. Когда мы проиграли в первом туре в Сории «Нумансии», меня это просто ошеломило. После этого матча был вызов в сборную, и в течение нескольких дней, проведенных в отеле, я размышлял о том, что могло произойти. «Этого просто не может быть», – единственный вывод, к которому я пришел за эту неделю. В самом деле, во время пребывания в сборной я сделал несколько заявлений, в которых говорил, что уверен, что это был всего лишь несчастный случай. И настаивал, что ощущения перед игрой с «Нумансией» были наилучшими: на тренировках было все отлично, защитные действия, работа с мячом – все было великолепно, все получалось... И все-таки мы начали Ла Лигу с поражения!

По возвращению из сборной мы проводили первый матч чемпионата на «Камп Ноу» против «Расинга», и бах!: игра закончилась ничьей. Хотя мы хорошо играли в футбол, создавали моменты у чужих ворот и имели высокий процент владения мячом на своем поле. Даже Йохан Кройфф хвалил команду и прогнозировал, если мы продолжим играть также, то обязательно добьемся хороших результатов. И я думал также. Я был уверен, что как только мы выиграем один матч, у нас начнется положительная динамика. Однако результаты особенно не внушали оптимизма.

Известно, что в этом клубе всегда есть некий ореол жертвенности и пессимизма, который очень трудно развеять. Мы с партнерами иногда обсуждаем этот негативный настрой, который обычно демонстрируют некоторые болельщики даже в те моменты, когда все идет очень хорошо. Это происходит в скрытой форме, и для этого нужен лишь любой предлог. Я искренне полагаю, что смена такого настроя является приоритетной задачей, потому что это бы стало своеобразным трамплином к завоеванию гораздо большего количества титулов. Нужно всегда оставаться позитивным и считать, что бутылка наполовину полная, а не наполовину пустая. Иметь пораженческий настрой недопустимо в клубе-победителе. Пеп был главным, кто был в ответе за то, чтобы все эти страхи в раздевалке исчезли, и мы вступили на победный путь. Для Гвардиолы не существовала других слова, кроме слова «Победа» с большой буквы. Нам нужно демонстрировать, что мы – лучшие, и кроме того играть в атакующий и зрелищный футбол для болельщиков.

Если что-то и есть у Гвардиолы, так это умение быть психологом, потому что он как свои пять пальцев знает все проблемы любого игрока, и к тому же он сам побывал в этой же шкуре. Но для меня его главным достоинством был его невероятный энтузиазм, которым он заражал всех, с кем соприкасался. Мы говорим о человеке, по-настоящему больном футболом, которым он жил со страстью 24 часа в сутки, о человеке, который думал только о своей профессии, куле до мозга костей, который слепо верил в свои идеи. Он пошел бы с ними до конца, и своим энтузиазмом он превращает тебя в своего верного последователя. Пеп – это человек, который не только излучает оптимизм каждым своим жестом, но и при удобном случае вдалбливает его в тебя.

После матча с «Расингом» уровень результатов был низким. Но это ни в коем случае не относится к отношению к играм или работе на тренировках, потому что с первого же дня они были безупречны.

Но энтузиазм Пепа не перекрывал его глас разума. Он является тренером, который сначала спрашивает о причинах произошедшего, а потом принимает меры. Он не как Ван Галь, который в большинстве случаев сначала кричал, а потом уже думал. Гвардиола же сначала думает, а потом уже что-то делает. Я не хочу сказать, что мы не понимаем, когда Пеп недоволен, когда он рассержен или считает, что мы что-то плохо сделали. Он не кричит, но он очень убедителен в каждом своем замечании. В отношении этой рассудительности мне Пеп иногда напоминает Райкарда, потому что между гневом и контролем над собой он всегда выбирает последнее. Хотя этим я не хочу сказать, что Пеп – человек, пытающийся все смягчить. Скорее наоборот. Если у него есть, что тебе сказать, он сразу расставит все точки над «i».

Пеп также рассчитывает на новых игроков в плане поддержания огня этого энтузиазма. Он делает ставку на Дани Алвеса, великолепного спортсмена, который является парадигмой современного футболиста. Его отличают профессионализм, работоспособность, полная отдача и готовность идти на жертвы. Он может совершать до пятидесяти забеганий за матч, никогда не устает и постоянно находится в движении. Дани – это типичный игрок, которого, когда он является твоим соперником, просто начинаешь ненавидеть, потому что он всегда очень упорный, неутомимый, словно клещ, который постоянно тебя кусает. Единственное, что меня удивляет, так это то, что Дунга продолжает оставаться при своем мнении. Конечно, сборная Бразилии играет в отличном от «Барселоны» стиле. У них четыре звезды впереди, а остальные игроки команды играют в более оборонительный футбол. Поэтому основным правым латералем является игрок «Интера» – Майкон. На сегодняшний день очевидно, что Алвес мог бы играть в любой команде мира кроме Бразилии, потому что ее система ему не благоволит.

Моя роль в «Барселоне» значительно возросла. Я – игрок, который много времени провел в первой команде, и как ветеран должен помогать всем своим партнерам, но особенно тем, кто не играет и тем, кто только пришел в команду, чтобы они чувствовали себя единым целым с партнерами. Моя главная задача в раздевалке – это сплачивать, сплачивать и еще раз сплачивать всех. Речь не идет о том, чтобы ставить себя выше остальных игроков, но даже один вопрос: «Как дела?» бывает иногда более чем достаточным, чтобы они почувствовали, что ты заинтересован и что они – не просто очередное имя в списке. Также нужно помнить, что есть более чувствительные люди, чем остальные, и что они нуждаются в большем проявлении участия. Бойан Кркич – пример игрока, о котором нужно заботиться. Не нужно забывать, что они – не только профессионалы, но также и личности со своими чувствами, личными проблемами, сомнениями и, конечно, переживаниями по поводу того, что они не играют. Но это удел капитана – следить за всем. Кроме того в раздевалке сейчас есть некое объединение, состоящее из Маркеса, Это’о, Жоркеры и Месси, которое помогает нам, капитанам, и тренеру решать каждую проблему, которая появляется в команде.

Для меня не ново быть капитаном. Я уже пять лет ношу эту повязку, с тех пор как был выбран голосованием своих партнеров, заняв второе место вместе с Рональдинью, с которым мы получили по 12 голосов, больше всего набрал Пуйоль – 18, но Райкард решил ничью в пользу бразильца, что, по моему мнению, было необоснованно, потому что Ронни провел в клубе только два года.

На данный момент это один из лучших сезонов с тех пор, как я нахожусь в «Барселоне»; я могу поставить его на один уровень с первым годом под руководством Ван Галя и первыми тремя с Райкардом у руля. Остальные же годы, я больше страдал, чем наслаждался. Это причиняет мне боль, и поэтому я очень голоден до побед.

Сейчас у нас снова есть команда, с которой можно наслаждаться игрой, которая может порадовать болельщиков и заставить их гордиться ею; мое главное желание – это подойти к маю, имея возможность выиграть не один титул. Так как финал Кубка уже у нас в кармане, сейчас наш главный приоритет – это Ла Лига. Это титул, который получает самая стабильная команда, то есть лучшая. Я каждый день смотрю на турнирную таблицу, думаю о матчах, которые предстоит сыграть, об очках, которые нам нужны и об отрыве от наших соперников. Все в наших руках, но по опыту знаю, что нельзя делить шкуру неубитого медведя.

 

< Глава 20  Оглавление  Глава 22 >