Эленио Эррера был одним из самых оригинальных футбольных тренеров, которых только когда-либо видел футбол. Он руководил своими командами, соблюдая диктаторскую дисциплину, ужасающий режим тренировок, причудливую психологию. Его тренировочные базы больше походили на военные лагеря, в которых были строжайшие ограничения на всё, разумеется, и на питание. Никто не обладал более сильной, ожесточённой волей к победе.

Его методы могу быть жестокими и бессердечными, его команды — безжалостными ­и циничными. На протяжении двух его самых успешных периодов: с «Барселоной» с 1958 по 1960 год и с «Интернационале» с 1960 по 1968 год, его эксцентрическая личность не исчезала из прессы. Красочные фразы и оскорбления, которые приписываются ему, заслуживают того, что их внесли в отдельных словарь. Настоящий эгоцентрик, он наслаждался вниманием.

Когда он опубликовал свои мемуары, согласно книге Сида Лоу «Страх и ненависть в Ла Лиге» (2013 года), журналисты писали: «Этот Эррера — настоящий дьявол! И теперь он пишет мемуары! Пусть Бог простит нас! Как будто бы он ещё не сделал достаточно шума! Как будто бы пресса не посвятила ему достаточно внимания! Как будто бы его слова не проникли в каждый дом, каждый офис, каждую мастерскую, в каждое общественное место! Как будто бы он ещё не был столь восхищаем другими! Как будто бы он ещё не был так ненавистен!»

Эленио утверждал, что открыл некоторые аспекты современного футбола. Конечно, некоторые утверждения были не совсем точными, но большинство — чистая правда. Среди них (этих аспектов) — тренировочные лагеря и, как утверждают, разрушительная система «катеначчо»­, синоним итальянского оборонительного футбола. Он был первым современным тренером в том смысле, в котором мы сейчас это знаем. Именно он сделал из второстепенной на тот момент фигуры тренера персону, обладающую силой, влиянием и славой. Он был первым тактиком, который взял на себя ответственность за победы, распоряжался зарплатами звёздных игроков своей команды. Он применял проницательные мотивационные приёмы и следил за личной жизнью своих игроков.

Критики часто говорили, что он зашёл слишком далеко в этой гонке за победами. «Меня обвиняют в том, что я являюсь тираном, что я совершенно беспощаден со своими игроками, — говорил Эррера, согласно книге Джонатана Уилсона «Переворачивая пирамиду»: История футбольной тактики» (2008 год), — но я просто реализовывал то, что позже было скопировано каждым клубом: тяжелая упорная работа, физические тренировки, диеты и три дня полной концентрации перед игрой».

Эленио Эррера в полной концентрации

 

Многочисленные запреты и воздержания пришли именно из жизни самого Эрреры — он никогда не курил и очень редко выпивал. Как говорила его дочь, Луна, в его пасте было только оливковое масло и пармезан. Он каждое утро занимался йогой. Просыпаясь он неизменно повторял себе: «Я силён. Спокоен. Я ничего не боюсь. Я прекрасен». Он настолько сильно заботился о своём здоровье, что даже опасался пить много воды.

«Идите и судите его, если у вас есть настроение, — писал Джанни Брера, влиятельный итальянский футбольный обозреватель, — клоун и гений, он бывает похожим на шута, а порой, не встретишь человека более серьезного, чем он. Он мошенник, но в то же время образцовый отец, султан и верный муж, развязный дурак, скрытно идущий к своему успеху, противоправный и очень компетентный в деле. Он страдает манией величия и фанатик собственного здоровья. Это всё Эленио Эррера. Это всё и много большее».

Эррера родился в Буэнос-Айресе в испанской семье. Его отец, Франциско, плотник по профессии, был изгнанным анархистом из Андалусии. Его мать, Мария Гавилан Мартинез, была уборщицей. Есть некоторые сомнения, касающиеся его даты рождения. Французский, испанский и аргентинские паспорта утверждают, что он родился в 1916 году, но на его официальном сайте пишут, что он специально приписал себе шесть лет. По всей видимости, настоящая дата его рождения — 10 апреля 1910 года.

В 1920 году семья Эрреры, вконец обедневшая в поисках лучшей жизни, покинула Аргентину и перебралась в Касабланку, а затем и во французский колониальный городок. Эррера учился во французских школах, где подружился с евреями, французами, итальянцами и испанцами. В то время он и начал играть в футбол. После того, как Эррера поиграл за «Роше Нуар» и «Расинг» из Касабланки, он отправился в Париж в начале тридцатых годов, чтобы начать играть за «Клуб Атлетик Спорт Женераль», «Стад Франсез» (дважды), «Олимпик» из города Шарлевиль-Мезьер, «Рубе», парижский «Ред Стар» и «Пюто».

Большая часть философии и мировоззрения Эрреры в футболе и жизни сформировались в его ранние годы

 

Он был неплохим защитником, но не гениальным. Согласно интернет-сайту, посвященному Эррере, Эленио помимо футбола занимался и другой работой. Он ходил по домам, продавая домохозяйкам латунную полироль, преподавал физкультуру. Он даже получил диплом массажиста, чтобы работать физиотерапевтом. В 1939 году, когда его призывали на военную службу, он работал в качестве специалиста по стекловолокну, материалу, который использовался как во время войны, так и в мирное время, поэтому Эленио и сумел избежать воинской повинности.

Травма колена помешала амбициям Эрреры. После сезона 1944/45 с «Пюто» он закончил свою непримечательную карьеру футболиста. «Я был плохим игроком, — говорил он, — но моё преимущество перед звёздными футболистами состоит в том, что когда последние становятся тренерами, то они просто не знают, как научить своих игроков делать те вещи, которые у них самих получались естественно и очень грациозно, почти без усилий. Я же очень хорошо могу понять, что сделать это вовсе не просто».

Физическое несовершенство, как игрока, и травмы подарили Эррере очень пытливый характер и аналитический склад ума. Когда он ушёл на пенсию, в его сознании созревали разные идеи и теории. В 1945 году, он присоединился к «Стад Франсез» в качестве главного тренера. Три года спустя он возглавил «Реал Вальядолид», до того, как с «Атлетико Мадрид» с 1949 года по 1953 год, взял два чемпионства Примеры. Затем он тренировал «Малагу», «Депортиво» и «Севилью», а после, в 1957/58, возглавил португальский «Белененсиш».

К тому времени, методы его работы уже были известны на Пиренейском полуострове. «Перед началом игр он выходил на поле, чтобы толпа кричала на него, чтобы к моменту нашего выхода они уже устали», — вспоминает Адриан Эскудеро, игрок «Атлетико». Альфонсо Апарисио говорил: «Он заставлял нас тренироваться, как сумасшедших, до трёх часов каждый день. Когда наступало воскресенье, мы могли уничтожить всех».

«Тот, кто не выкладывается полностью, не отдаёт ничего»

 

В 1958 году «Барселона» пригласила Эленио для того, чтобы свергнуть «Реал Мадрид». Каталонцы выиграли чемпионат страны в 1952 и 1953 году, но баланс сил резко пошатнулся, когда «Реал» после долгой и ожесточенной политической борьбы с «Барсой» подписал Альфредо ди Стефано. Примечательно, что этот конфликт, не прошедший без участия правительства, обсуждается и по сей день. Некоторые каталонцы утверждают, что вмешался сам Франко, но эта точка зрения отвергается столицей Испании.

В июле 2014 года, Альфредо Реланьо, редактор одной из двух наиболее авторитетных спортивных газет, базирующихся в Мадриде, опубликовал статью на 4000 слов, которая была призвана распутать этот клубок бюрократической саги. Были написаны и продолжения к этой истории, насчитывающие более 6000 слов. В конце концов, Реланьо заключил, что роль Франко была преувеличена, и что исход дела основывался на сделках в Мадриде, а основную роль сыграл темпераментный президент — Сантьяго Бернабеу — который контролировал клуб с 1943 по 1978 годы.

Так или иначе, подписание «Мадридом» Ди Стефано в 1953 году изменило всё. «Реал» завоевал титулы в 1954, 1955, 1957 и 1958 годах, а также первые три розыгрыша Кубка Европы, с 1955 по 1957 год. «Барса» же вообще не попала в этот турнир. Каталонцы не выиграли чемпионат. (В 1956 году титул чемпиона Примеры достался «Атлетику» из Бильбао) Ситуация была плачевной, если не сказать, безнадёжной. У «Барсы» был отличный состав: такие игроки, как Луис Суарес, испанский плеймейкер, и венгерское трио Ласло Кубала, Шандор Кочиш, Золтан Цибор. Но клуб не покидало ощущение неполноценности. В то время, как Ди Стефано был необычайно хорош. «Он величайший игрок в истории, — позже сказал Эррера. Ди Стефано играет в защите, полузащите и нападении в течение одной игры. Пеле же играет только впереди. Ди Стефано делает всё это, плюс то, что делает Пеле. Если Пеле — первая скрипка, то Ди Стефано — целый оркестр».

Эленио Эррера проводит тактический экскурс для своего игрока

 

Однажды, Эррера признал психологическую слабость «Барсы» и попытался исправить её. Убеждённый в своих тайных методах, он установил свой режим. По словам Сида Лоу, он начал с трёх тренировок в день. И уже во время первой игроков просто тошнило. «Всегда была очень высокая интенсивность и концентрация, — говорил Суарес, — он был чрезвычайно профессионален и кардинально отличался от всех остальных тренеров. Наша работа стала намного более трудной, но мы становились сильнее, быстрее, агрессивнее. Его подход был очень серьёзен — ни одной шутки на тренировке».

Слабым не сочувствовали. Один игрок жаловался, что он болен, но его снова отправили на тренировку. Когда другой появился с гипсовой повязкой, Эррера порвал её. Ничего, что могло дестабилизировать игроков, не оставалось незамеченным. В одном случае, по словам Лоу, директора клуба подозревали, что игрока сбивает с толку его девушка. Хуже того, её подозревали в измене, пока благоверный не был рядом. Клуб пытался расстроить их отношения, наняв частных детективов, но безрезультатно. Когда Эррере рассказали об этой ситуации, Эленио предложил нанять кого-нибудь, кто смог бы соблазнить её.

Эррера очень тонко чувствовал и понимал психику своих игроков. Во время одной из поездок, по словам Сида Лоу, когда Цибор страдал от того, что было необходимо оставаться вдали от дома столь долгое время, Эррера пообещал венгру, что отпустит его домой, если тот сможет трижды поразить ворота соперника. Цибор сделал хет-трик в том матче. «Я мотивировал каталонцев так: «Посмотрите на цвета своего флага и играйте за свою страну!» А иностранцам я твердил о деньгах, — говорил Эррера, — cо своими игроками я разговаривал об их жёнах и детях. Когда у вас двадцать пять человек в команде, то вы не можете говорить с каждым об одном и том же. «Вратарь команды Антони Рамальетс сказал однажды Лоу: «У него были досье на всех. Он мог рассказать вам о родителях какого-то итальянца или немца, в какой день тот родился и всё остальное».

Эррера проводит тренировку в «Барселоне»

 

Его предматчевые ритуалы граничили со странностью: Эррера заваривал и пил травяной чай или кофе, смешивая напиток с аспирином. Уилсон писал, что однажды он собрал всю команду вкруг и начал кидать мяч каждому игроку, затем он глубоко посмотрел в глаза каждого и спросил: «Как мы собираемся побеждать? Почему мы сегодня победим?» После этого игроки соберутся все вместе, положат руки друг на друга и закричат: «Мы победим! Мы сделаем это вместе!» Согласно Уилсону, Суарес, один из лидеров команды, верил, что если во время трапезы кто-то прольёт вино, то он обязательно забьёт в следующей игре. Перед важными матчами Эррера специально подталкивал бутылку.

«Барса» начала хорошо. В Примере он обыграли «Реал» со счётом 4:0. Но между Эррерой и отдельными игроками возникла напряженность. Наиболее сильно накалились отношения с Кубалой, легендарным нападающим, вдохновившем команду на завоевание титулов в 1952 и 1953 годах.

Убежав из Будапешта в кузове грузовика с фальшивыми русскими номерами, Кубала вместе с нелегальной командой восточных беженцев отправился в путешествие по Испании летом 1950 года. Когда они играли в Мадриде и Барселоне, президенты обоих клубов захотели подписать его. Но Кубала выбрал «Барсу». Его атлетизм и, практически, балетная пластика изменили команду. Говорили, что Кубала привлёк столько зрителей на стадион «Барсы», 60-ти тысячный «Лес Кортс», что для всех желающих уже не хватало мест, это и убедило руководство начать строительство «Камп Ноу».

Конфликт был сконцентрирован как на имидже, так и на тактике. Некоторые подозревали, что самовлюбленный Эррера завидовал положению Кубалы в городе. Вне поля Кубала вёл очень развязный образ жизни. Впадая в тяжелые запои, он пил до самого утра, вплоть до момента, когда таксист заезжал за ним, чтобы доставить его на игру или тренировку. Его непринужденный игривый стиль на поле очень резко контрастировал с виденьем прямолинейного быстрого футбола Эрреры. Неудивительно, что очень скоро тренер стал искать причины для того, чтобы расстаться с футболистом. Однажды, как говорит Сид Лоу, Эррера попросил сделать заявление о том, что Кубала пропустил тренировки и отказался играть, сославшись на «болезни, которые сложно продемонстрировать». Семь директоров тогда отказались поддержать Кубалу.

В Примере Эррера заработал титул в первом же сезоне. Этот трофей означал то, что команда квалифицировалась на Кубок Европейских Чемпионов. В сезоне 1959/60 «Барса» вышла в полуфинал, где их соперником стал мадридский «Реал», который на тот момент ещё не проигрывал. В первом матче, в столице Испании, Эррера не выпустил Кубалу, а «Барса» проиграла 1:3. Следующая игра закончилась точно с таким же счётом, что означало 2:6 по итогам двухматчевого противостояния. На следующий день Эррера был втянут в разгоряченный спор с фанатами на «Ла Рамбле», главной пешеходной улице города. Дело дошло до драки, и Эррера вернулся отель, в котором, как пишет Лоу, и находился мадридский «Реал». Пресса изобразила этот инцидент, как нападение. В конце сезона «Барса» во второй раз подряд завоюет золотые медали Примеры, но Эррера покинет клуб. Примечательно, что следующий титул «Барса» возьмёт только в 1974 году. 

  «Думай быстро, действуй быстро, играй быстро»

 

В 1960 году Эррера подписал выгодный контракт с «Интернационале». При президенте Анхело Моратти, нефтяным бароне с огромными ресурсами, «Интер» не выигрывал Серию А с 1954 года. В предыдущем сезоне они финишировали четвёртыми, а отрыв от «Ювентуса», ставшего чемпионом, составлял 15 очков. «Когда я пришёл в «Интер», там была ужасная обстановка, – говорил Эррера Куперу, — «Всюду висели памятные таблички с датами завоевания чемпионства. Это очень впечатляло, но эти чемпионства были завоёваны очень давно».

Как и в Испании, Эррера оживил коллектив своей харизмой и забавной дикцией. Вскоре «Кальчо» обрёл своё имя. «Когда Эррера пришёл в Италию, никто толком и не знал, как зовут клубных тренеров», — говорил в своём интервью для УЕФА Сандро Маццола, игрок «Интера», — «Никому не было никакого дела до тренеров, они не упоминались в прессе, они работали только на поле и в раздевалке. И он всё это перевернул».

Он немедленно установил совершенно новый уровень дисциплины. Было просто опасно перечить тренеру. Никакие индивидуальные качества не могли превзойти ценность послушания. Нападающий Антонио Анджеллио, который в сезоне 1958/59 забил 33 гола за 33 матча в Серии А, был выгнан из команды из-за своего буйного характера. Армандо Пикки, защитник, после единственного спора с Эррерой был выслан в «Варезе». Единственный бездельник, которому удалось остаться в команде, был Марио Корсо, левоногий хитроумный легионер, которого Эррера постоянно пытался убрать, но который пользовался огромной поддержкой Моратти. А игроком, который больше всего нравился Эррере, был Суарес. Обладатель «Золотого мяча» 1960 года отправился из «Барсы» в «Интер» вслед за своим тренером.

В «Интере» Эррера записывал на бумажки свои идеи чёрными, синими и красными чернилами. Многие из этих записок были включены в книгу «Такалабала», опубликованную его первой женой, Фиорой Гандольфи, после его смерти. Стены раздевалок были увешаны различными мотивационными лозунгами. Эррера подчеркивал важность поддержки болельщиков, организовывал и сам принимал участие в различных фанатских ассоциациях. По словам Джона Фута, в его книге «"Кальчо": история итальянского футбола» (2006 год), можно сказать, что Эррера и создал ультрас.

Он обнимал своих игроков перед началом матча, проводил с каждым индивидуальные, личные встречи, известные как «откровения». Он постоянно искал информацию, которая могла бы улучшить его отношения с командой, поручив массажисту прослушивать фанатские разговоры, переданные в эфир, пока игроки уходили на перерыв. Примечателен такой факт: однажды кто-то из игроков сказал: «Мы приехали в Рим, чтобы играть тут». Но тренера мог устроить только один ответ: «Мы приехали в Рим, чтобы победить». Поэтому от этого игрока избавились.

Эррера создал то, что позже стало известно как «ритиро». Это были профессиональные тренировочные лагеря, где игроки находились запертыми в гостиницах на несколько дней, окруженные только персоналом, всем необходимым оборудованием и площадками для тренировок. Делалось это для того, чтобы увеличить концентрацию перед матчами. Согласно официальному сайту Эрреры, эта идея пришла ему еще в «Барселоне» в то время, когда он лечил перелом в больнице, читал книгу о мистицизме, написанную в шестнадцатом веке. В ней содержались различные духовные упражнения, из которых и сформировалась концепция «ритиро».

Эти лагеря были по-настоящему жёстоким испытанием. «Интер» бронировал отели целиком, поэтому посторонних людей встретить было просто невозможно. Игроки оставляли свои семьи и друзей, а взамен получали бег и тактические тренировки. Когда английский нападающий Джерри Хитченс покинул клуб, он сказал, что это было больше похож на «выход из кровавой армии». Слабость редко оставалась безнаказанной. Уилсон писал, что когда Хитченс, Суарес и Корсо во время марш-броска по пересеченной местности отбились от общей группы, то по возвращению на базу они обнаружили, что автобус с командой уже уехал. А им ничего не оставалось, кроме как совершить десятикилометровое пешее путешествие обратно в Милан.

Сандро Маццола и Эленио Эррера

 

Но среди всех нововведений Эрреры самым главным было, безусловно, «катеначчо». Пускай и не он первым его открыл, если вдаваться в формальности. Вообще, «катеначчо» зародилось в Швейцарии в тридцатых годах, когда тренер Карл Раппан поставил еще одного дополнительного защитника за спинами двух центральных на тот случай, если вдруг сопернику удастся прорваться вперед. Роль такого защитника позже стала называться «либеро». Раппан добился успеха в чемпионате страны, прежде чем привезти свою команду в четвертьфинал Чемпионат Мира 1938 года. Его идеи вскоре проникли в разные европейские страны. В 1947 году Джузеппе Виани использовал такую схему, чтобы вывести «Салернитану» в Серию А. Но они в первом же сезоне покинули элитный итальянский дивизион, не выиграв ни одного гостевого матча, но это не сделало «катеначчо» менее привлекательным для других тренеров.

Человеком, который внедрил катеначчо в элитный европейский футбол был Нерео Рокко. В 1940-х он вывел крошечную «Тристину» на второе место в Серии А до того, как подняться с «Падовой» на новые высоты во второй половине пятидесятых. Это позволило ему получить работу в «Милане», с которым в 1962 году он взял «Скудетто» и Кубок Европейских Чемпионов в 1963 году. После пребывания в «Торино» он вернулся в «Милан», снова привёл команду к победе в Серии А в 1968 году и победе в Межконтинентальном Кубке в 1969 году.

Непримиримые соперники Эленио Эррера и Нерео Рокко

 

Рокко был принципиальным соперником Эрреры на протяжении шестидесятых. Обладая грозным характером, он был неистов, обаятелен, зол, высокомерен и очень остроумен. Как и Эррера, он был одержим изучением личной жизни своих подопечных. В «Торино» девушке молодого дарования Джиджи Мерони приходилось притворяться его сестрой, чтобы избежать критики. В то же время, Рокко сам лично не подавал игрокам пример того поведения, которое он хотел видеть: часто в компании игроков и журналистов он проводил вечера, которые сопровождались обильным количеством вина. Частым гостем на таких посиделках был Брера, разделяющий симпатии касательно оборонительного футбола. Издание «Foot» писало, что Рокко очень эффективно использовал ресторан в качестве своего личного офиса.

«Милан» Рокко внёс большой вклад в миф о «катеначчо». Его репутация предполагает ультра-оборонительную схему, в которой пять защитников располагаются очень глубоко, заручившись поддержкой агрессивных вингеров. Такой игровой рисунок был призван разрушить футбол как зрелище, чтобы выиграть любой ценой. Реальность была, разумеется, более сложной. Помимо такой серьёзной защиты «Милан» выставлял вперёд техничных игроков, которые забивали много голов. Но обоснованные оборонительные построения и цинизм были укоренены в ДНК команды. Перед игрой против «Эстудиантес де Ла Плата» в Межконтинентальном Кубке Рокко сказал своей команде: «Пинайте всё, что движется. Если это будет мяч — тем лучше». Некоторые из его игроков потом станут хорошими тренерами оборонительного плана, например, Энцо Беразот, Чезаре Мальдини, Джованни Трапаттони. 

«Класс + Подготовка + Атлетизм + Интеллект = Чемпионство»

 

Правление Эрреры в европейском футболе наступило не сразу. «Интер» занял третье место в 1961 году и второе в 1962, уступив «Милану». От опытного тренера, да ещё и с такой зарплатой, ожидали большего. В том же году Эррера тренировал сборную Испании на Чемпионате Мира 1962 года в Чили, но «Фурия Роха» потерпела крушение на групповом этапе. (Эррера также присоединился к тренерскому штабу национальной команды Италии на короткое время спустя несколько лет.)

Вернувшись в Италию, он с «Интером» заработал первый за десять лет титул. Итальянская пресса стала называть его «Il Margo», то есть «волшебником», — за его способность предсказывать результат. Когда Купер в Венеции брал у него интервью, он отметил некоторые рисунки, изображающие Эрреру как волшебника, хотя, несколькими годами ранее, Эррера заявлял, что не любит прозвища. «Слово «волшебник» не является футбольным словом, — говорил он. «Страсть» и «сила» — вот футбольные слова. Наилучшим комплиментом, который я когда-либо слышал, было то, что мне сказали, что я работаю по 30 часов в день».

У команды тоже было прозвище — «Великий "Интер"». И это было заслуженно. Они были очень дисциплинированными, прочными, стальными, энергичными, настоящими профессионалами своего дела. Сумасшедший режим тренировок Эрреры и прекрасное формирование команды. Они следовали «катеначчо», но могли и перестроить его тогда, когда это было необходимо. Джачинто Факетти, атлетичный бывший центрфорвард, превращенный в авантюрного левого защитника, вызывал полный хаос на фланге. В сезоне 1965/66 он забил десять голов в чемпионате. В центре играл Пикки — бескомпромиссная уборочная машина с отличным длинным пасом. Рядом с ним располагалась пара не менее выдающихся центральных защитников — Аристиде Гуарнери и Тарчизио Бурньич. Весь правый фланг был занят Жаиром да Костой, крепким бразильским вингером. Суарес в полузащите оттягивался из глубины поля. Марио Корсо занимал левую сторону, а Сандро Маццола — сын легендарного капитана «Торино», Валентино, играл основного форварда.

Эленио Эррера явно чем-то смущён

 

Эррера так объяснил свой стиль: «Небольшое количество коротких, очень быстрых передач совершаются для того, чтобы как можно скорее достичь цели. Здесь практически нет места для дриблинга. Это инструмент, а не система. Мяч всегда движется дальше и быстрее, когда с ним нет игрока».

В 1964 году «Интер» проиграл Лигу «Болонье». Но им удалось выиграть свой первый Кубок Европейских Чемпионов, победив мадридский «Реал» со счетом 3:1 в венском финале, благодаря шикарной игре Маццолы. Это означало конец эры Ференца Пушкаша и Альфредо Ди Стефано, а для Эрреры это было сладкой местью за поражение 2:6 в 1960 году. До финала Мигель Муньос, главный тренер «Мадрида», был одержим Факетти. «Он свел нас с ума из-за Факетти, придав ему невероятную важность», — говорил Ди Стефано, согласно Сиду Лоу, — «Все думали, что это новый Пако Хенто. И что же случилось? Факетти ни разу не пробил по воротам».

В финале превосходный «Интер» продемонстрировал все преимущества «катеначчо». Защитники сидел очень глубоко, действуя персонально, а Пикки, подбирал все свободные мячи. Ди Стефано описал его так: «Это один из тех игроков, которые играют настолько низко, что если бы на поле был туман, а ты подумал, что прошёл уже всех, то словно из ниоткуда возник ещё один. В это время в твоей голове появляется вопрос: "Откуда этот парень? У них что, играют двенадцать футболистов? Или как?"» 

«Бороться или играть? И бороться и играть!»

 

Претензии окружали наследие тех, кто изобрёл «катеначчо». Эррера говорил, что придумал его ещё во время своей игровой карьеры во Франции. Но исторические данные свидетельствую о том, что он просто сделал его более известным. Некоторые даже утверждают, что не лично Эленио был идеологом введения этого стиля в «Интере». Согласно изданию «Foot», Моратти убедил Эрреру использовать эту более оборонительную тактику.

Брера писал, что Эррера обратился к «катеначчо» в отчаянии после неудачного старта в начале шестидесятых. Это утверждение поддерживает и Арриго Сакки. «Когда он только приехал, он играл в атакующий футбол», — говорил Сакки, — «Затем это изменилось. Я помню игру против «Падовы» Рокко. «Интер» абсолютно доминировал. «Падове» удалось пересечь центральную линию всего три раза, забив при этом дважды. Эррера был просто распят в средствах массовой информации. И что он сделал? Он перестроил свою схему игры, сказал Суаресу, чтобы он сидел глубоко, совершал длинные удары и начал больше действовать на контратаках. Как мне кажется, у «Великого "Интера"» были отличные игроки, но это была команда, у которой была только одна цель — победить любой ценой».

Последнее утверждение было, безусловно, правдой. Желание Эрреры побеждать не знало границ. Позорные подозрения омрачали его карьеру: Эленио обвиняли в договорных матчах, подкупе судей, допинге. Но не было представлено никаких прямых доказательств, которые могли бы привести к наказанию. Его действия были законными, пускай и не очень нравственными с моральной точки зрения. Когда отец одного из его игроков, Аристиде Гварнери, умер накануне матча с «Миланом», Эррера скрыл эту новость, чтобы не отвлекать игрока. В 1965 году «Интер» успешно защитил Кубок Европейских Чемпионов, обыграв в финале «Бенфику» со счётом 1:0. Тот матч проходил на их домашнем стадионе «Джузеппе Меацца», грязном и слишком мокром поле.

Джачинто Факетти и Эленио Эррера

 

Кроме непрекращающихся споров о том, кто изобрёл «катеначчо», дебаты окружают и саму природу этой тактики. Некоторые современники говорят, что это было нечто более конструктивное, чем предполагает историческая репутация этого стиля. Сам Эррера утверждал, что система была неправильно понята, потому что другие скопировали её, но при этом не учли некоторые важные атакующие принципы. Это подтверждает и Маццола, который считает, что корни этого заблуждения растут из «Интера». «Когда я слышу о том, что «Интер» играет в «катеначчо», я должен сказать, что мы сыграли примерно шесть матчей, используя «катеначчо» и 40 матчей мы играли в атакующий футбол, — говорил Маццола в своём интервью для портала FIFA.com. «Я помню своих товарищей по команде, Пикки и Гуарнери, двух центральных защитников, которые во время домашних игр на «Джузеппе Меацца» могли потратить 60 минут на то, чтобы осматривать трибуны, пытаясь разыскать девушку, чтобы провести с ней вечер, потому что соперники играли только на своей половине. Но когда мы играли заграницей — мы чувствовали себя не очень комфортно и безопасно, поэтому мы и проводили много времени в защите, что, безусловно, было, нашей ошибкой».

Он добавлял: «У нас было пять атакующих игроков, шесть, если включить в этот список Факетти, который раньше очень много продвигался вперёд, чего раньше никто и никогда не делал. Это правда, что вдали от дома мы использовали очень оборонительную схему, но мы регулярно играли 4-2-4, и все игроки при этом работали очень и очень усердно».

В Италии статистика диктует сложную картину. Вначале было мало признаков осмотрительности, осторожности в игре. В сезоне 1960/61 «Интер» обыграл «Атланту» со счётом 5:1, затем «Бари» — 2:1. Со счётом 6:0 был обыгран «Удинезе», «Виченца» — со счётом 5:0. Они закончили сезон с 73 голами в 34 матчах, больше набрал только «Ювентус», забивший 80 голов. «Интер», вероятно, забил бы больше, если бы Эррера не выставил команду юниоров против «Ювентуса» в знак протеста против решения федерации. Матч был проигран со счётом 9:1.

В следующем сезоне «Интер» забил 59 голов, а пропустил на три меньше — 31. Год спустя «Интернационале» достигли своего статистического пика. Они забили всего лишь 20 голов. При том, что они пробили по воротам всего 56 раз, им этого хватило для того, чтобы одержать победу в чемпионате. В сезоне 1964/64 оборона снова укрепилась, пропустив 21 гол, забито при этом было 54. Второй чемпионский титул под руководством Эрреры в 1965 году получился более интересным: 68 забито, 29 пропущено.

В целом, «Интер» следовал принципам исключительной обороны. Его игроки могли быть властными защитниками тогда, когда они этого хотели, но не только издание «Foot» писало, что «прочная репутация Эрреры как "спорного миссионера «катеначчо»" построена больше на циничной воле к победе его команд, чем непосредственно на рисунке и стиле его игры». 

«Тот, кто играет для себя — создаёт гандикап для противника. Тот, кто играет для команды — играет для себя»

 

В 1966 году «Интер» защитил свой титул чемпионов Серии А с почти такой же статистикой. В Европе они уступили в полуфинале «Реалу», который позже поднимет свой шестой Кубок Европейских Чемпионов. Сезон 1966/67 тоже закончился горечью. «Интер» дошёл до ещё одного финала Кубка Европейских чемпионов. На этот раз в Лиссабоне, против «Селтика», который тогда тренировал Джон Стейн. Шотландцы сокрушили итальянцев со счетом 2:1, несмотря на пенальти Маццолы в дебюте встречи. «Это было неизбежно, — писала португальская газета «Mundo Deportivo», — рано или поздно «Интер» Эрреры, команда «катеначчо» и маргинальных побед, должен был поплатиться за отказ от игры в зрелищный футбол».

Некоторые винили в таком результате суровые тренировки Эрреры, утверждая, что игроки были просто измотаны. Перед игрой «Интер» забронировал отель на берегу моря, недалеко от Лиссабона. «Там никого не было, кроме игроков и тренеров, даже представитель руководства клуба остался в другом месте. Я не шучу, с того момента, как наш автобус проехал через ворота отеля, и до того момента, как мы вышли на стадион тремя днями позже, мы не увидели ни одного человека, кроме тренеров и персонала отеля» — говорил Бурньич, согласно Уилсону, — «Нормальный человек сошёл бы с ума при таких обстоятельствах. Спустя много лет мы как-то привыкли к этому, но к этому моменту даже мы достигли предела».

Предстоящий сезон был еще хуже. Вернувшись в Италию, «Интер» проиграл Скудетто «Ювентусу» в последнем туре, а в сезоне 1967/68 команда вообще опустились на пятую строчку, а Эррера ушел в «Рому».

В столице Эррера никогда не смог повторить успеха, которого он добился в «Интере». Только через пять лет он привёл команду к победе в Кубке Италии, это было в 1969 году. Но споры продолжались. В том же году один из его игроков, Джулиано Таккола, испытывал проблемы с сердцем и находился в плохом состоянии. Эррера всё равно заставил его находиться вместе с командой и включил его в утреннюю тренировку перед в холодную погоду. Но игру Таккола смотрел с трибун. После этого он упал в раздевалке и вскоре умер. Разумеется, многие обвинили в этом тренера.

В 1973 году Эррера покинул «Рому», чтобы вернуться в «Интер». Он пережил неудачный сезон, прежде чем перенёс сердечный приступ. Он считал, что виной всему этому стресс и решил прекратить тренерскую карьеру. Но он никогда не исчезал из футбола. В конце семидесятых годов он присоединился к руководству в «Римини», а позже провёл два сезона в «Барсе».

После ухода из клуба в 1981 году он начал писать статьи для различных газет. Эррера переехал со своей женой на остров Маццорбо, что находится севернее Венеции. 9 ноября 1997 года Эленио Эррера скончался. «Честно говоря, я не знаю, как ему удалось показать вам все свои лица, все свои стороны», — писал Брера, — «Главное для меня это то, что он никогда не фальшивил, даже когда ему этого хотелось». Эленио Эррера всегда был настоящим, даже если это и не всегда Вам нравилось».

Источник: