В 1994 году «ESPN» задала вопрос Йохану Кройффу, главному тренеру «Барселоны», кого он считает лучшим игроком мира. «Лучшего игрока мира не существует», — ответил Кройфф. Мнение было спорным, но голландец вскоре объяснил свою точку зрения, позволив взглянуть на это с другой стороны. «Вы можете заявить — хорошо, так и быть, существует ряд игроков, и не важно, кого вы назовёте, Франца Беккенбауэра, Альфредо Ди Стефано, Диего Марадону или Пеле, вы скажете: “Вот эти футболисты обладают таким набором качеств, что принадлежат к эксклюзивному классу футбольной элиты”. Вижу для себя только такую возможность».

 

 

Разумеется, нет никаких сомнений, что Кройфф тоже принадлежал к этой элите. Его взгляд на вещи, однако, отражает тот факт, что он был гораздо больше, если это не звучит абсурдно, чем один из величайших футболистов всех времён. Кройфф для футбола значит то же самое, что Дэвид Боуи для современной музыки. Даже если кто-то из коллег отмечен ярче и весомее, всё равно — его новаторский подход, подчёркивавший великолепный талант, сделал голландца, возможно, наиболее влиятельной фигурой в истории своего дела.

Именно подход Кройффа помог создать в начале 70-х легендарный «Аякс», перевернувший представление о футболе. Структура, которую он внедрил и в «Барселоне», теперь выглядит идеально подходящей для повторения по всему миру, благодаря чему сам Кройфф превратился в номинального лидера одной из самых определяющих спортивных философий.

Образ его мыслей производит не меньшее впечатление, чем его потрясающая игра на поле. Отвечая на вопросы об особенностях своей карьеры, Кройфф всегда развивал беседу во что-то концептуальное и более продолжительное. Его сборник цитат стал легендарным сам по себе, он словно выстраивает в один ряд мантры о том, как подходить к игре — некоторые из них неуловимо парадоксальны. В день этого интервью с «the Blizzard» один из величайших представителей командного спорта наслаждался или, как он сам шутил, пытался вытерпеть, индивидуальное соревнование. Дело было в шотландском Сент-Эндрюсе на чемпионате по гольфу Альфреда Данхилла; Кройфф был там в компании Рууда Гуллита. 66-летний голландец любил эти места и сам турнир, который он старался посещать каждый год, используя его для продвижения своего благотворительного фонда «Cruyff Foundation». Даже обсуждение целей организации, направленных на улучшение жизни всего вокруг с помощью спорта, превращается во что-то более глубокое. Описания Кройффа звучали очень похоже на знаменитые слова Билла Шенкли о «футболе как об одной из форм социализма».

 

 

«Что есть спорт, помимо физического воспитания, которым вы занимаетесь только для себя? Это совместная игра, попытки разобраться во всём, с каждым днём становиться всё лучше, это общие победы и поражения, это помощь ближнему. Это жизнь. Это полноценная жизнь, на все 100%».

•••

— Может ли командная игра, вроде футбола, взять многое от индивидуального спорта, такого, как гольф?

— Вы всегда можете научиться чему-то у других людей. Часто мы замыкаемся на тех вещах, которые делаем. Если говорить о разнице между футболом и гольфом, то у профессионального гольфиста, например, есть тренер по технике удара и тренер по правильной установке мяча. В футболе же мы имеем лишь одного тренера на 15 человек, что само по себе весьма абсурдно.

И вы скажете: «Да, но в гольфе при ударе столько тонкостей, такое количество специалистов необходимо». Разумеется, но в футболе вам нужна ваша левая нога, правая нога, требуется умение отдать передачу, контролировать мяч, принимать его на грудь, вам необходимо видеть, что делают остальные 10 партнёров, так что тонкостей и мелочей ещё больше. Именно поэтому многое должно быть изменено.

 

— Это интересно, потому что одной из фундаментальных основ вашего «Аякса», образца «тотального футбола» под руководством Ринуса Михелса, было внедрение индивидуальных способностей в коллектив.

— Это было осознанное решение, потому что индивидуальность — это качество. Команде необходимо привить менталитет. Каждый игрок уникален, у каждого есть свой набор характеристик, но вам необходим единый менталитет. Это означает, что вы должны сделать качество ценностью самого коллектива, потому что, в конце концов, лучший футболист никогда не выйдет из команды, которая слишком много проигрывает. Это невозможно.

Вот что я пытаюсь объяснить... Прочитав статью о том, что клуб просматривает трёх разных игроков на одну позицию, вы скажете: «Как можно выбирать из этой тройки? Можно рассмотреть вот этих троих, или этих, но уж никак не этих!» Это невозможно. Кого именно вы ищете? Кого-то, кто называется защитник или игрок оборонительного плана? Это большая разница, просто огромная. Часто люди не видят качество в отдельно взятом человеке, а ведь ему предстоит хорошо действовать в команде и в той игре, которую практикует команда.

 

 

— Как вы думаете, с чего начались инновации в «Аяксе»?

— У нас был типичный для этого менталитет, потому что голландцы испокон веку были повсюду: от Японии и Индонезии до Нью-Йорка, который, я напомню, был Нью-Амстердамом, и Кейптауна. Страна такая маленькая, что это всегда было в нашем характере — попробовать что-нибудь новое и посмотреть, к чему это приведёт. Вот, что они сделали. Порой это спорт, порой — бизнес, но одни и те же вещи мы наблюдаем в коньках, хоккее, бейсболе. Как бейсбольная сборная Нидерландов в борьбе с монстрами вроде Японии и США два года назад могла одержать победу в чемпионате? Я о том, что всё это происходит прямо сейчас. Пробовать новое. Вы можете десять лет не слышать ничего лишь потому, что этим занимается совсем немного людей, но знайте — они способны на всё.

Это страна, где каждый говорит, думает, имеет свой собственный менталитет... и именно поэтому наши люди были повсюду. Это хорошее качество, но, вместе с тем, это их худшее качество.

 

— Правда, что Михелс взял идею прессинга из баскетбола?

— Нет, не знаю. Насколько я помню, это пришло не оттуда, потому что мы стартовали где-то в 60-х... Мы сказали: «Хорошо, где лучшие футболисты?» — «Там». Технически, да, и на хороших позициях, но вдобавок к тому с мячом — так атакуйте их там. В чем разница между хорошим и плохим игроком? В скорости контроля мяча — так что, если вы заставите их бегать быстрее, это вынудит их ошибаться. И главное: вы должны очень быстро менять атакующую фазу на оборонительную, потому что первый защитник — это центрфорвард. Он ближе всех находится к зоне зарождения атаки соперника и быстрее других способен начать прессинговать и обороняться.

И вы бегаете меньше. Вы не бегаете больше соперника, нет... само собой, вы должны владеть мячом. Это способ мышления, возможность преобразовать вообще всё. Потому что, кто владеет мячом, тот забивает голы, не так ли?

 

 

— «Барселона» вывела подход «Аякса» на новый уровень, и это повлияло на всю Испанию, а недавно и на мюнхенскую «Баварию». Как вы считаете, в футболе когда-нибудь был (или однажды будет) превосходящий по классу стиль и подход?

— Я так не думаю. Мне кажется, игра «Барселоны» — это удовольствие для каждого, кто любит футбол, потому что техническое мастерство является наивысшим стандартом, и каждый мальчишка может попробовать выполнить эти технические элементы самостоятельно. Это не то же самое, как в беге — кто-то бежит сто метров за девять секунд, и если ты не можешь сделать этого, ты не подходишь. Здесь ты всегда подходишь, потому что у тебя неограниченные возможности улучшить технику. Если ты хочешь играть в баскетбол, твой рост должен быть не менее двух метров, иначе ты просто не сможешь играть. Здесь же каждый может играть и развиваться. И это самое прекрасное, что есть в футболе.

И главное: множество людей считает, что совершение ошибок — это проблема. А я вот так не думаю. Делая ошибки, ты продолжаешь становиться лучше, но до тех пор, пока учишься на них. Поэтому для меня ошибки никогда не являются проблемой. Это вообще отличная штука, которая многому может тебя научить, пока ты делаешь выводы и не совершаешь одних и тех же промахов вновь. Единственная возможность для тебя что-то узнать — набить шишку или оступиться. Ты никогда не научишься чему-либо, делая всё правильно и хорошо. Это невозможно.

Вот что мы вызубрили в «Аяксе». Ты пробуешь что-то, что не работает по этой и по той причине. Значит, сделай это снова. Сделай это по-другому. Футбол — это игра, состоящая из ошибок, и, если вы проанализируете их, вы сможете принять верное решение: «Хорошо, если я поставлю в проблемную зону вот этого человека с его качественными характеристиками, то команда будет совершать меньше ошибок — а значит, у неё будет больше возможностей».

Так что это просто иной способ мышления. Мы не оцениваем, хороший или плохой пас сделал игрок. Мы думаем: «Если это мог быть самый лучший пас, что помешало ему выполнить его? Видел ли он эту возможность, или нет, или был неспособен сделать передачу?» Поэтому довольно редко происходит обсуждение того, что футболист сделал. Чаще всего тебе следует анализировать, почему он не сделал по-другому. Вот где всё берёт начало — ты сразу начинаешь смотреть на игру совершенно иначе. Если ты задумываешься о таких вещах, ты можешь отработать их на тренировках.

Если это не работает, нужны изменения. Если работает — ничего менять не нужно, прорабатывайте слабые моменты. Это другой подход.

 

— Кто-нибудь произвёл на вас такое же впечатление, как «Барселона» Гвардиолы?

— Вы не можете ткнуть пальцем в одно или другое, или сказать, что вот это лучше, чем то. У вас есть полный набор самых разных игроков. Многие сравнивают Месси и Роналду. Они совершенно разные. Вы не можете сравнивать их. Они оба — великие в том, что делают, и они абсолютно не похожи друг на друга. Так что у вас не получится сказать, кто из них лучше. Единственное, что вам под силу — выбрать того, кто больше нравится вам по стилю игры. По душе ли вам более техничный футболист, или вы любите того, кто техничен, физически развит и может нанести невероятный удар? Но между этими двумя наборами характеристик огромная разница, и это очень круто, потому что вы можете заметить, что множество людей принимает неправильное решение в выборе команды, за которую играть. Дело в том, что команда должна подходить под имеющийся у вас подбор качеств.

Футбол всегда был несколько ограниченным, потому что мы говорим: «Он — футболист». Но в том же бейсболе мы скажем: «Он — питчер, или кэтчер, или третий номер...» Но почему только футболист? Чувствуете разницу? Как тренеру, вам необходимо смотреть на индивидуальные качества. Вот почему я вижу игру совершенно иначе.

 

 

— Вы сыграли свою роль в становлении этой практики в «Барселоне».

— Когда я пришёл, дела у «сине-гранатовых» шли из рук вон плохо. Мы должны были измениться, не было никакого смысла продолжать то, что получалось плохо. У меня было большое преимущество: всё-таки я играл там с 1973 по 1978 год. Мне был знаком менталитет, манера игры, образ мыслей, так что было довольно легко внедрить ряд собственных правил. Там было много хороших игроков, но нужно было усиление. Мы взяли нескольких баскских футболистов, в которых были уверены, компенсировав нехватку класса.

 

— Вы также участвовали в аналогичной трансформации «Аякса», за основу которой, по вашим словам, был взят идеал «Баварии»?

— Их организация была основана на футболе. И мы сделали то же самое. Мы скопировали эту схему. Итоговые решения в рамках футбольного клуба не должны принимать бизнесмены, достигшие успеха в чем бы то ни было — это абсурд. Нет, это должны делать опытные и образованные бывшие футболисты.

Многие клубы не решаются так поступить. А мы в «Аяксе» решились. Само собой, результат не придёт на следующий же день, это объективно. Ведь это совершенно иной подход ко всем деталям, мы создали совершенно новую систему и, я думаю, однажды увидим плоды этих изменений.

 

— Учитывая экономику современной игры, вы действительно считаете, что в амстердамском клубе возможно возвращение к высотам прошлого?

— Да, мы все в этом убеждены. Абсолютно все. Каждый, кто трудится в «Аяксе» — все бывшие легенды клуба, они прямо сейчас составляют часть нашей команды. Я уверен, что это возможно. Мы можем сделать это, и будущее расскажет, правы мы были или нет.

 

Источник: