Я знаю одно: что бы ни случилось с ним в жизни, он навсегда запомнит картину, которую в детстве ежедневно видел из комнатки, где его кормили супом — запомнит и биллиард, и вечернего посетителя без пиджака, отодвигавшего белым углом локоть, стрелявшего кием по шару, — и сизый дым сигар, и гул голосов, и отца за стойкой, наливавшего из крана кружку пива.
— Не понимаю, что вы там увидели, — говорит мой приятель, снова поворачиваясь ко мне. И как мне ему втолковать, что я подглядел чье-то будущее воспоминание?

— Владимир Набоков, «Путеводитель по Берлину»

 

 

Луис Суарес Мирамонтес

Родился 2 мая 1935 года в Ла-Корунье.

Карьера игрока:

1945-1948 — «Аксьон Католика Санто-Томас» (Испания)1948-1949 — «Эркулес» (Испания)1949-1951 — «Персеверансия» (Испания)1951-1953 — «Депортиво» (Испания)1953-1960 — «Барселона»1961-1970 — «Интер» (Италия)1970-1972 — «Сампдория» (Италия)

Карьера тренера: 1973-1974 — «Генуя» (Италия)1974-1975, 1991-1992, 1995-1996 — «Интер» (Италия) (в последних двух случаях — и.о.), 1975-1976 — «Кальяри» (Италия)1976-1977 — СПАЛ (Италия)1977-1978 — «Комо» (Италия)1978-1979 «Депортиво» (Испания)1994-1995 — «Альбасете» (Испания)

В 1980-1988 годах работал с молодежной сборной Испании (до 21 года)
Был помощником главного тренера сборной Испании на Чемпионатах Мира 1982, 1986 годов
1988-1989, 1990-1991 — главный тренер сборной Испании
С 1996 года работает в «Интере» в качестве одного из советников президента.

Титулы:

Обладатель «Золотого Мяча» 1960 года (В 1961 и 1964 годах занимал в рейтингах второе место).
Чемпион Европы 1964 года (в качестве игрока).
Чемпион Европы 1986 года с молодежной сборной Испании (в качестве тренера).
Обладатель Кубка Европейских Чемпионов 1964 и 1965 года.
Победитель Кубка Ярмарок 1958 и 1960 года.
Обладатель Межконтинентального Кубка 1964 и 1965 года.
Чемпион Испании 1959 и 1960 года.
Обладатель Кубка Генералиссимуса 1957 и 1959 года.
Чемпион Италии 1963, 1965 и 1966 года.

За «Барселону» провел 216 матчей, забил 112 голов.
За сборную Испании провел 32 матча, забил 14 голов.

 

Мой отец Агустин Суарес владел скотобойней в Ла-Корунье. До сих пор ощущаю запах крови, витающий в душном воздухе. Технике разделывания туш крупного рогатого скота я предпочитал технику обращения с футбольным мячом. Играл за местечковые команды, проще говоря. Когда мне исполнилось 16 лет, к нам домой пришел сам — верите-нет — Алессандро Скопелли — нападающий сборной Аргентины и «Ромы» 30-х годов. В то время он отвечал за селекцию в «Депоре». Так я подписал свой первый профессиональный контракт. Понабравшись опыта в «Фабриле» — филиале главного клуба провинции, я спустя год наконец-то дебютировал. До сих пор помню тот день, 6 декабря 1953 года. Матч против «Барселоны»! Знаково. Карлос Урраспе выпустил меня в основе на месте левого инсайда. Мы проиграли — 1:6. Форменный разгром! Мой непосредственный оппонент — некий Ортега — начисто выключил меня из игры! Присутствовавшие в тот день на матче селекционеры мадридского «Реала» сказали, что я ничего не стою. Однако уже в третьей игре я забил гол «Сосьедаду». А спустя пять месяцев оказался... в «Барсе»! Такая вот история. До сих пор не могу понять, чем я их так привлек. 17 игр и два гола — согласитесь, не самые впечатляющие показатели. Возможно, определяющую роль сыграли слова Пепа Самитьера: «Этот парень заставит людей забыть обо мне». Ну да ладно. По курьезному стечению обстоятельств стартовый матч в сине-гранатовой футболке пришелся на кубковый четвертьфинал... с «Депором». Идет последняя минута встречи. Мы ведем 4:0. Я накручиваю двоих на своем фланге, отдаю мяч Сегарре, следует обратный пас верхом в штрафную... «Осторожно!», — кричит мне Сегарра. «Он идет на тебя прямой ногой, осторожно!..»

«...Осторожно, двери закрываются, следующая станция "Проспект Вернадского"», — монотонно сообщает динамик. Я успеваю выбежать из вагона. Выхожу на свежий воздух, иду вдоль улицы, сворачиваю по знакомому маршруту. Рядом с домом пацаны пинают мяч в огороженном металлической сеткой пространстве. Останавливаюсь посмотреть. На одном из них сине-гранатовая полосатая футболка с номером 10. Фамилии нет. Ловлю себя на мысли, что более внимательно слежу именно за «десяткой». Парень не стесняется брать игру на себя, оттягивается назад, много водится... Представляю, как действовал бы я на его месте, подсказываю про себя. Мысленно подхватываю мяч, несусь с ним по левому флангу...

...Стадион ревет, подгоняет меня. Вновь четвертьфинал, вновь на «Камп Ноу», вновь 4:0. Соперник, правда, иной — британский «Вулверхэмптон». Впрочем, для нас не имело тогда значения, кого обыгрывать — в Кубке Испании ли или Кубке Европейских Чемпионов. Один из наших получил травму, а замен делать не разрешалось. Но мы все равно сделали этих англичан! Мы их всех сделали... Проблемы начались позже. В 1958 году в команду пришел Эленио «Маг» Эррера. У него сразу же возник конфликт с Ласло Кубалой, вследствие чего последний сел на скамейку запасных. А ссориться с Кубалой в то время было равнозначно смертному приговору. Болельщики были без ума от венгра. Ему позволялось многое и прощалось все. В то же время большинство в открытую высказывало свое недовольство работой «Мага». Народ требовал Зрелища, а Зрелище мог обеспечить только один человек...

...«Молодой человек, уступите даме место», — настойчиво требует нависающая старушка. Трамвай потряхивало, и ей нелегко было балансировать со своими авоськами. Я встал. Футбольная площадка постепенно отдалялась, а вместе с ней отдалялся и тот самый десятый номер. На душе было...

....грустно. Бешенство уже прошло. Летним утром я купил местную газету, из которой к превеликому моему удивлению узнал о продаже Луиса Суареса (!) в «Сампдорию» (!). На меня глядело до боли знакомое лицо. Где ж я его видел?.. Ах да! В ванной комнате, когда брился, в зеркале... Сразу вспомнились слова президента «Интера» Ивано Фрайццоли: «Суарес — это "Интер". Он будет продолжать играть и одновременно готовить себя к роли тренера». Лживый тип. Я получал предложения от более сильных клубов — «Ювентуса» и «Кальяри». Но, как понимаю, они были «Интером» отвергнуты. Ясно, чем отправить меня к прямым конкурентам, лучше продать в ту команду, которая борется за выживание. От президента своего нового клуба я получил приветственную телеграмму, от старого — ничего. Мне тогда вообще расхотелось с ним разговаривать. Почему-то вдруг всплыл в памяти последний — как оказалось — матч за «Интер». 5:0... Как раз против «Сампдории»... В раздевалке тогда никто и слова мне не сказал, не намекнул. Фрайццоли к нам не зашел...

...Зашел в магазинчик купить пива. Справа от продавщицы работал малюсенький телевизор. Черно-белый, надо же! Я думал, таких уже не бывает на свете...

«...В свете всего вышеперечисленного "Золотой Мяч" присуждается вам», — радостно сообщает мне телефонная трубка. Пока мне не дозвонился корреспондент «France Football», я отказывался верить в то, что победил в референдуме! Как бы там ни было, в номере популярного футбольного еженедельника от 13 декабря 1960 года именно мое изображение украсило обложку. Я оказался в одной компании с Пушкашем, Зеелером, Ди Стефано и Яшиным. Опередил их. Свою награду лично я считаю признанием важнейшей роли футбольного диспетчера. Носить десятый номер на спине — фактически становиться мозгом команды. Сейчас таких игроков называют плеймэйкерами, и чаще всего их в коллективе несколько. В «Барсе» эта роль возлагалась на вашего покорного слугу. Меня одолевали противоречивые чувства. Я прекрасно знал, что за Пушкаша — автора покера в финале Кубка Европейских Чемпионов — не подал голоса ни один представитель соцлагеря. Но, наверное, все-таки это их дела. Никогда не понимал политиков и журналистов. Они, к слову, тоже себя не всегда понимают. Четыре года спустя вручат награду Денису Лоу — без сомнения, классному футболисту, но... Что еще мне нужно было сделать, чтобы стать лауреатом «Золотого Мяча»?! Чемпионат Европы выиграл. Так? Так! Кубок Европейских Чемпионов с «Интером» выиграл. Так? Так...

«Так вы будете брать или нет?», — спрашивает меня продавщица. Я молча кладу двадцатку на стол, забираю пиво. Уже на выходе смотрю, то ли я хоть взял. Внизу написано «классическое»...

...Классическое противостояние, что и говорить. Я любил им забивать. В 1959 году в Кубке Генералиссимуса даже удалось сделать дубль, причем на обоих стадионах. И еще я любил играть против Ди Стефано. Считаю его величайшим футболистом в истории. Не Пеле и не Марадона. Да, каждый из них в чем-то был непревзойденным, заслуживая, по шкале оценок спортивных газет, 10 баллов из 10. Но Ди Стефано брал бы 9 из 10 баллов абсолютно во всех компонентах игры! Он был самым разносторонним и универсальным игроком, которого видел свет. Не сказать, что мы были друзьями, скорее хорошими знакомыми. Он придумал мне прозвище, которым охотно пользовались журналисты — «Архитектор»... «Барса» уже тогда была известна в мире, но тот клуб, конечно же, не имеет ничего общего с сегодняшним гигантом. Масштабы и жизнь были более человеческими, что ли. Скажем, холостяки снимали квартиры у частников. А на тренировки мы ездили на трамваях. До 23 лет у меня не было машины...

...Машины снуют туда-сюда. Наконец-то удается перейти дорогу. Покупаю пару газет, чтобы не отставать от прогрессивной общественности. Просматриваю заголовки. Открываю пиво. Вдруг, мое внимание привлекает небольшая колонка на второй полосе. «£350 тысяч заплатил Британский Музей за редкую золотую монету англо-саксонских времен», — сообщают мне типографские знаки. «На ней изображен король Коэнвульф, правивший... бла-бла-бла... Сумма, которую выложил Британский Музей за право обладания раритетом, превышает все, что было когда-либо уплачено в Соединенном Королевстве за какую бы то ни было монету...». Да уж. Лет 25 назад если бы кто-нибудь предложил такие деньги за футболиста — не то, что монету — его сочли бы сумасшедшим...

...Анджелло Моратти не был сумасшедшим. Он просто выполнил просьбу «Мага», который так и заявил: «Чтобы сотворить команду, какой я ее вижу, мне не хватает одного игрока — Луиса Суареса». Как сейчас помню, эти аршинные заголовки... 200 миллионов песет! («Sport»), 300 миллионов лир! («Carriera dela Sport»), £142 тысячи! («The Mirror») И рядом с ними моя фамилия... Так я стал самым дорогим игроком в мире.

Я никогда не любил скандалы, скажу больше — меня воротило от них. Тем не менее, по приезду в Милан, пришлось снова пройти через это. Когда Эленио годом раньше пришел в «Интер», там играл некий Антонио Анджелилло, очень результативный форвард, яркий индивидуалист и любимец местной публики. «Маг» в свойственной ему манере «попросил» руководство не продлевать контракт с Анджелилло, пообещав, что я стану тому достойной заменой. Наверное, все-таки стал...

По крайней мере, Эррера был доволен моей игрой. «Из всех важных клавишей инструмента, который назывался La Grande Inter, Cyapec всегда был наиважнейшей», — говаривал он. Единственное, что результативность упала — в интересах команды я действовал чуть сзади. Пару мне составлял Армандо Пикки — замечательный футболист. Мы с ним подносили снаряды для Маццолы и Жаира. В конце концов, мы взорвали к черту этими снарядами старушку Европу. Два Кубка Европейских Чемпионов подряд! Особо памятен мне 1964 год. В Вене мы обыграли «Реал» 3:1. А три месяца спустя сборная не без труда победила русских в финале Чемпионата Европы. Хм... Похоже, я стал первым футболистом, кому удавалось в один год выиграть и приз Габриэля Ано, и Анри Делонэ. Забавно. Тиффози были от меня без ума. Особенно их подкупало мое отношение к делу. Тогда редко можно было увидеть иностранца, приезжающего на тренировки раньше остальных и покидающего поле в числе последних...

«...В числе последних новостей значится возможное возвращение бразильского форварда Роналдо в итальянский "Интер". Впрочем, слухи, связанные с именем игрока мадридского "Реала" — уже привычное дело...». Я обнаруживаю себя в спортивном баре. Диктор с экрана вещает о последних возможных и невозможных трансферах. Роналдо... Вспоминаю его переход из «Барсы» в «Интер». Громкая история...

...Да, очень громкая история. На столе у меня лежал контракт за подписью Роналдо Назарио де Лима, с одной стороны, и моей (как представителя «Интернационале»), с другой. Срок — пять лет. Накануне адвокат футболиста Фернандо Рей внес в кассу «Барселоны» $27,5 миллиона отступных, чтобы разорвать контракт Роналдо с испанским клубом... Кстати, помимо Роналдо, еще раньше я обратил внимание Массимо Моратти — сына почившего Анджелло Моратти — на Хавьера Дзанетти и Роберто Карлоса. Первый — сейчас капитан «Интера», второму просто не дали время раскрыться, но никто не будет отрицать, что это один из лучших латералей 90-х. Я ведаю делами международного футбола в клубе. Сейчас вроде дела идут на поправку....

«...С поправкой на физическое состояние игрока», — оптимистично завершает блок новостей ведущий. Далее следует анонс телепередач...

...Передач испанцы в том матче сделали немало. Но Мигель Муньос, чьим помощником я и являлся в национальной сборной, все равно остался недовольным. В ¼ финала ЧМ-1986 мы смогли забить бельгийцам всего один гол и уступили по пенальти. Потом мне довелось и самому руководить главной командой. Того успеха, что я добивался с «молодежкой», повторить, увы, было не суждено. Но я ни о чем не сожалею. Я пережил слишком много радостных мгновений, чтобы о чем-то сожалеть...